Все, что остается - Страница 62


К оглавлению

62

После этого я позвонила в офис Бентона Уэсли. Его не было на месте. Тогда я решила позвонить ему домой.

— Я отправляю все имеющиеся у меня данные, — сообщила ему я, как только он взял телефонную трубку.

Он обошел мое заявление молчанием. Затем почти шепотом спросил:

— Кей, ты слышала пресс-конференцию? — Да.

— И ты читала сегодняшние газеты?

— Я и пресс-конференцию видела, и газеты читала. Мне очень хорошо известно, что этим своим выступлением миссис Харви нанесла своей репутации непоправимый урон.

— Боюсь, что она вообще себя погубила, — ответил он.

— Но не без чьей-то помощи.

После небольшой паузы Уэсли спросил:

— Что ты имеешь в виду?

— Я бы с радостью рассказала вам поподробнее о том, что я имею в виду, уже сегодня вечером, с глазу на глаз.

— Что, прямо здесь? — спросил он встревоженным голосом.

— Да, здесь.

— Нет, сегодня вечером я никак не могу.

— Очень жаль. Но разговор не терпит отлагательств.

— Кей, ты просто меня неправильно поняла. Ты должна мне верить…

Прервав его на полуслове, я ответила: — Нет, Бентон, позвольте мне на этот раз вам не поверить.

Глава 10

Когда я вела машину к дому Бентона Уэсли, холодный ветер усиливал ощущение опустошенности, создаваемое темными силуэтами деревьев, и в слабом свете луны пейзаж выглядел незнакомым и зловещим. Дорожных фонарей было мало, а проселочные дороги обозначены плохо. В конце концов я остановилась у сельского магазина, перед которым островком стояла бензозаправочная колонка. Включив свет в салоне, я сверилась со своими записями. Я — заблудилась.

Магазин оказался закрыт, однако рядом с входной дверью виднелся телефон-автомат. Подъехав поближе, я вышла из машины, оставив фары и двигатель включенными. Набрала номер Уэсли, мне ответила его жена, Конни.

— Ты действительно заблудилась, — сказала она, услышав подробное описание моего местонахождения.

— О, Господи! — простонала я.

— Ну, на самом деле тут недалеко, просто запутанно выбираться. — Помолчав немного, она добавила:

— Думаю, гораздо разумнее, если ты подождешь там, где стоишь, Кей. Закрой двери и не выходи из машины. Будет лучше, если мы приедем за тобой. Минут через пятнадцать, договорились?

Подав машину назад, я припарковалась ближе к дороге, включила радио и стала ждать. Время тянулось медленно. Мимо не проходило ни одной машины. Свет фар выхватывал белую стену, огораживающую пастбище. Луна, как бледное серебро, плыла в туманной темноте. Я выкурила несколько сигарет, глядя в окно машины.

Интересно, что испытывали убитые пары, когда их заставляли идти по лесу босиком, со связанными руками. Они, скорее всего, знали, что идут умирать. Наверное, были охвачены ужасом от того, что преступник с ними делал. Я подумала о племяннице Люси, о матери, о сестре, о своих друзьях. Опасения за боль и смерть близкого и любимого человека страшат гораздо больше собственной смерти. Вдали, на темной и узкой дороге, показался усиливающийся свет фар автомобиля. Неизвестная мне машина свернула и остановилась немного поодаль. Когда я мельком увидела профиль водителя, в кровь, подобно электрическому заряду, стал поступать адреналин.

Марк Джеймс вышел, как я предположила, из взятой напрокат автомашины. Опустив стекло, я уставилась на него, настолько пораженная, что не могла говорить.

— Привет, Кей.

Уэсли говорил, что нынешняя ночь — не лучшая для визита, пытался отговорить меня от поездки, и теперь я поняла, почему. У него в гостях находился Марк. Возможно, Кони попросила Марка встретить меня, или он вызвался сам. Мне трудно было предугадать свою реакцию, если бы, войдя в дом Уэсли, я увидела там Марка, сидящего в гостиной.

— Отсюда рукой подать до дома Уэсли, но дорога петляет как лабиринт, — сказал Марк, — предлагаю пересесть в мою машину. Твоя пусть останется здесь, ничего с ней не случится. Потом я привезу тебя сюда, так что ты легко найдешь обратную дорогу.

Не говоря ни слова, я припарковала машину ближе к магазину и пересела в его автомобиль.

— Как поживаешь? — спокойно спросил он.

— Отлично.

— Как семья? Как там Люси?

Люси тоже продолжала спрашивать про него. А я никогда не знала, что ей отвечать.

— Отлично, — снова проговорила я.

Я смотрела на его лицо, на сильные руки, лежавшие на руле, каждая черточка, каждый контур, каждая линия, каждая вена которых были до боли знакомыми и прекрасными, сердце мое разрывалось от переполнявших меня чувств. Я любила и ненавидела его одновременно.

— На работе все в порядке?

— Пожалуйста, не будь так чертовски вежлив, Марк.

— Хочешь, чтобы я был так же груб, как ты?

— Я не груба.

— Так о чем, черт возьми, ты хочешь, чтобы я говорил?

Я ответила молчанием.

Он включил радио, и мы погрузились в пучину ночи.

— Знаю, получилось нехорошо, Кей. — Он глядел прямо перед собой. — Извини, Бентон предложил мне встретить тебя.

— Очень благоразумно с его стороны, — саркастически заявила я.

— Мне не хотелось, чтобы так получилось. Но, если бы он не попросил, я бы настоял сам. Наверняка ты и подумать не могла, что я окажусь здесь.

Круто повернув, мы двинулись в направлении дома Уэсли.

Подъезжая, Марк сказал:

— Думаю, мне следует предупредить тебя, что Бентон не в лучшем настроении.

— Я тоже, — холодно ответила я.

В гостиной горел свет. Уэсли сидел около камина; рядом, у ножки кресла, лежал раскрытый портфель, на столе — виски. Он не двинулся с места, когда я вошла в комнату, лишь слегка кивнул. Кони пригласила меня присесть на кушетку. Я устроилась на одном конце, Марк — на другом.

62